Слушая музыку

Не наши ли собственные годы отсчитывает вот уже три столетия знакомым, глуховато-печальным голосом «Кукушка» Да-кена? Не нашу ли тоску выпевает менестрель у ограды «Старого замка» Мусоргского?Не наши ли собственные годы отсчитывает вот уже три столетия знакомым, глуховато-печальным голосом «Кукушка» Да-кена? Не нашу ли тоску выпевает менестрель у ограды «Старого замка» Мусоргского? Не в нашей ли жизни-памяти совершаются и извечное кружение «Ветра на равнине», и «Похвала пустыне» из корсаковского «Китежа», не на нее ли взирает, «коснея глыбою первоначальной», пережившая века, безучастная к нашим смутам и утешениям готика органного хорала Перотина (XIII век!..)?

Может быть, сама эта жизнь возвращается в еще более давнее, дозвуковое, довременное состояние, когда туттийная разноголосица начала Третьей симфонии Альфреда Шнитке колышется, подобно Океану лемовского «Соляриса», в предначалии неведомого усилия, которым должен родиться из тьмы и Хаоса первый «упорядоченный» аккорд… чтобы стал мир, стало время, которому предстоит течь, поверяя-измеряя собой все сущее и все сущее унося с собой — в космос скрябинских сонат, в забвение-бессмертие малеровского «Вечно», к одинокому голосу виолончели, поющему «Хвалу вечности Иисуса» в квартете «На конец Времени»… Но здесь мы уже в преддверии третьей истины, так же, как и две первые, сформулированной в XX веке:

Слушая музыку, и только тогда, когда мы слушаем музыку, мы приближаемся к чему-то, похожему на бессмертие.— К Леви-Стросс.

И быть может, где-то тут, около синтеза повторенных нами истин, находится та точка, с которой должна быть рассматриваема и оцениваема жизнь Рихтера в музыке. Как и — по нашему пониманию и убеждению — жизнь каждого вообще музыканта, чье упорядочивающее усилие в своем времени приближало его современников к чему-то напоминающему бессмертие — возможности существования во многих временах одновременно.

В статье, приуроченной к одному из рихтеровских юбилеев, Евгений Светланов напишет так …Рихтер, как космический корабль, преодолевший все оковы земного притяжения, неуклонно устремлен в беспредельные просторы галактики, и в этом ему нет равных сегодня на нашей планете.

Светланов — музыкант, чье собственное усилие во времени не нуждается в каких-либо представлениях, как не нуждаются в дополнительных разъяснениях и его слова по поводу музыки. Но все же позволим себе небольшое добавление к сказанному — вновь ради более пристального всматривания в смысл слова.

Конечно, вы можете купить улун в нашем интернет магазине. Только высококачественные китайские чаи.

Космический корабль — образ не просто из ряда «высших похвал», но очень точный в плане именно общевременной оценки описываемого: в нем и та самая — необходимая, довлеющая космосу — долгота довзлетного периода, и стремительность подъема, почти мгновенный набор предельной, «околосветовой» скорости, рассчитанной не только на освобождение от «земных оков», но на длительное нахождение в космосе, в том околосветовом диапазоне, где каждое малейшее «ускорение» требует, по законам физики, почти немыслимых энергетических затрат и, на взгляд с Земли, по меркам шкалы привычных измерений, уже попросту невидимо.

Мы нисколько не изумимся, когда, спустя еще двенадцать лет, Светланов скажет после исполнения Рихтером, Олегом Каганом и Натальей Гутман Трио Чайковского: «Я никогда не слышал ничего подобного, я счастлив, что мне довелось дожить до такого гениального воплощения», или когда, еще через три года, в день 70-летия Рихтера, мы прочтем признание Мстислава Ростроповича: «В прошлом году — тоже в день его рождения — я имел счастье слышать его концерт в Лондоне, и этот концерт я не забуду до последних своих дней».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *