Рихтер оценивал свою игру

Завершая эту тему, подводящую некоторый промежуточный итог рихтеровского пути, следует, быть может, прибегнуть к более-менее четкой формулировке. К описываемому периоду его искусство представляло собой уже такую данность, пребывало на такой высоте, где отдельные неудачи и недостатки не имеют — в плане целого — никакого значения.Завершая эту тему, подводящую некоторый промежуточный итог рихтеровского пути, следует, быть может, прибегнуть к более-менее четкой формулировке. К описываемому периоду его искусство представляло собой уже такую данность, пребывало на такой высоте, где отдельные неудачи и недостатки не имеют — в плане целого — никакого значения.

(Ассоциации общемузыкального характера напрашиваются: Бах написал более тысячи произведений — разных форм, жанров и размеров, Гайдн — свыше ста симфоний, Бетховен — тридцать две сонаты. Можно задаться вопросом: все ли эти произведения Баха — шедевры? Все ли гайдновские симфонии достойны его гения? Или видоизменить тот же вопрос таю неужели, скажем, Четвертая бетховенская соната или Двадцать восьмая, или «коротенькие» Десятая и Двадцать седьмая — менее достойны звания «шедевров», чем «Аппассионата» и опус 111-й?

И даже если так, даже если допустить, что существует неведомый критерий, по которому бесспорно можно отличить шедевры, так сказать, высшего ранга от низших, то и тогда — готовы ли мы предпочесть первые вторым? Не стали бы мы оплакивать в мире шопеновской музыки, во всем мире музыки, слышанной нами, потерю одной-единственной его мазурки? Одной, брошенной автором незадолго до окончания, им самим посчитанной «неудавшейся» шубертовской сонаты?)

Рихтер сыграл за свою жизнь на эстраде примерно столько же произведений, сколько Бах написал (сколько сыграно им сверх того, вне эстрады — не сочтет никто); конечно, многие произведения игрались им по многу раз, в разных концертах, в разную пору жизни. Никто не слышал все эти концерты, вряд ли кто слышал даже все рихтеровские записи. Среди слышавших многие записи, вероятно, найдутся понимающие люди, которые скажут, что вот эта и та — истинные шедевры, эта и эта — просто «эталонные», такие, каких у Рихтера, в общем, много (он же — Рихтер); укажут, наверное, и такие, где есть «недостатки», а возможно, «излишества», что-то ниже обычного рихтеровского уровня…

Качественный чай это большое удовольствие. Предлагаем купить черный чай в интернет магазине чая. Только лучшие сорта настоящего китайского черного чая!

А только — не стоит торопиться «оценивать», тем более — выявлять недостатки. Все равно: можно ли что-то понять здесь — наверняка? Глинка не понимал Листа, Николай Рубинштейн не понял (сразу) Первый концерт Чайковского(!), Чайковский не понимал Брамса, Рахманинов не понимал Седьмую симфонию Шостаковича — к глаголу «понимал» здесь никаких кавычек не предполагается: не понимали — и все. (Возвыситься бы нам — «понимающим» — до этого непонимания!..)

Перед лицом этих частных случаев (а им же несть числа в истории искусства) всякое достигнутое отдельным человеком «понимание», особенно если он — не Глинка, не Рубинштейн, не Рахманинов, — не более чем иллюзия, свидетельство безграничности остающегося непонимания. Вспомним еще, что в русском языке слова «понимать» и «иметь» — одного корня; «иметь» — почти то же, что «владеть», («познать» родственно «обладать», и т. п.), однако в искусстве именно между «пониманием» и «владением», «познанием» и «обладанием» бывает — бездна. Именно так — чем больше «познаешь», тем больше бездна.

Мы уже говорили, как сам Рихтер оценивал свою игру — цитировался Нейгауз, упоминались отдельные собственные его оценки, среди которых изредка встречалась даже такая, как: «я играл хорошо»; примеров самоуничтожающей критики как будто не было. И вот в этом месте приходится сказать — ради «всей правды»: о записях с тех концертов, на которых своды Карнеги-холла сотрясались от аплодисментов и которые рецензенты наутро называли «историческими», Рихтер не только просил не напоминать ему (и действительно, никто из писавших о нем «не напоминал»), но однажды сказал о них так «Это позор моей жизни». В состоянии ли мы это понять?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *