Говоря о Рихтере

Эти высказывания, повторим, относятся к тому времени, когда было еще принято, говоря о Рихтере, восхищаться (чуть обособленно, вне «содержательной» стороны играемого) именно его виртуозностью.Эти высказывания, повторим, относятся к тому времени, когда было еще принято, говоря о Рихтере, восхищаться (чуть обособленно, вне «содержательной» стороны играемого) именно его виртуозностью — тем элементом общемузыкального комплекса, который, по нашему мнению, составляет главную заботу (и работу соответственно) каждого большого артиста. Нужно добавить к этому еще несколько слов, сказанных в этой связи и Нейгаузом, в ком любовь к Рихтеру-«оркестру» была, казалось, абсолютно неразделима с любовью к Рихтеру-«дирижеру» (как неразделимы «оркестр» и «дирижер» в самом Рихтере): Во всем пианизме (технике) Рихтера есть одна черта, о которой хочу сказать несколько слов.

На сегодняшний момент чай является самым популярным напитком в мире. Множество сортов китайского и индийского чая, а также коые вы можете приобрести в интернет магазине «Чаек-Кофеек».

Говорят: риск — благородное дело. В игре Рихтера явно чувствуется элемент риска, отваги, нечто, напоминающее рыцаря на бранном поле, акробата, танцующего на проволоке под куполом цирка — без спасительной сетки, что-то от древнего Святослава, предупреждавшего своих врагов: «Иду на Вы»…
Это беспредельное виртуозное мастерство не имеет ничего общего с холодным коммерческим расчетом, принесшим лавры многим исполнителям, — особенно в наше время. Но оно также прямо противоположно безрассудному удальству, «Draufgangertun»y, глупому риску, обреченному на неудачу, на провал. (Так, например, рисковали наши гусары в 1914 году на Мазурских озерах, выходя «с шашкой наголо» против германских батарей…) Нет, нашему Святославу так же далеко до коммерческого расчета, как до гусарской удали.

Есть другие источники виртуозности (virtus — доблесть!), источники, из которых страсть, ум, воля, сила, чувство, «души высокое стремленье» бьют таким могучим потоком, что перед ним рушатся все преграды…
Этот «элемент риска» я особенно люблю у Рихтера, за это его несомненно любит и публика, хотя некоторые и пожимают плечами: «Зачем он кипятится и волнуется, даже когда играет технически простейшие вещи?»

Мы видим, что Нейгауз, говоря о рихтеровской виртуозности, употребляет то же прилагательное, что и В. Дельсон: беспредельная. Понятно, что дело в данном случае отнюдь не в бедности словаря.

Приходится сделать единственный вывод: да, фундамент рихтеровской виртуозности был заложен им самим уже в одесские годы, путем самостоятельных занятий. Здесь опыт его автодидактизма уникален и, разумеется, никому не может быть рекомендован; но, очевидно, помимо общемузыкальной и специально-пианистической одаренности мы имеем в данном случае дело еще с какой-то особой чертой надмузыкального свойства, тем, что гораздо позднее Юрий Башмет назовет умением справиться с собственным комплексом, распорядиться всем тем богатством, которое дано от природы.

Став на путь концертирующего артиста, Рихтер остался тем же автодидактом и в решении новой задачи, которую он перед собой увидел: обрести такое мастерство, которое позволяло бы ему играть все, что он захочет, и так, как он захочет, а точнее — так, как того может потребовать всякая новая осваиваемая им музыка. И здесь проявилась синтетичность его общехудожественного мышления, коренящаяся, кроме прочего, в слиянии национальных черт, входящих в его «комплекс» наряду с музыкальными и иными талантами: безудержной, нерассуждающей русской стихийности, эпически-былинного размаха (нейгаузовский «древний Святослав»!..) и высочайшего первозданного немецкого идеализма с его идеалами нравственности, духовной самодисциплины — вкупе с неуклонной, методичной устремленностью к поставленной цели. (Лесковский и шиллеровский герой в одном лице!..)
На деле, конечно, этот русско-немецкий симбиоз в рихтеровском «комплексе» намного сложнее, диалектичнее — уже хотя бы потому, что «русское» — это не только безрассудство и отвага, а немецкое — не один лишь «идеализм» («геттингенская душа» — по Пушкину) и Ordnung, «железная воля» и т. п.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *