Лист родился в год кометы

Отцовская воля вырвала меня из степей Венгрии, где я вырос свободно и непринужденно среди диких орд, и бросила меня, несчастного ребенка, в салоны блестящего общества, отметившего меня позорно лестным прозвищем „маленького чуда».«…Отцовская воля вырвала меня из степей Венгрии, где я вырос свободно и непринужденно среди диких орд, и бросила меня, несчастного ребенка, в салоны блестящего общества, отметившего меня позорно лестным прозвищем „маленького чуда». С тех пор мною овладела ранняя меланхолия, и лишь с отвращением переносил я дурно скрываемое пренебрежение к артисту, низводящее его до положения лакея».

Так с присущим ему патетическим жаром, с горьким чувством осуждения и печали писал о своем детстве молодой Лист, в то время уже кумир парижских салонов. В немногих строках очертил он свой путь восхождения к славе — путь, полный противостояния, отмеченный той драматичной антиномией жизненных ситуаций, которая будет сопровождать его до последних дней. Простим ему романтическую гиперболу: конечно, не «дикие орды», а скромная обстановка деревенского дома питала его первые впечатления. Но дух свободы и независимости, дух самоутверждения витал над ним с колыбели. Ему он оставался верен, прислушиваясь к внутреннему голосу своего «я», велению скрытого в нем дара творчества. Он-то и заставлял его, прошедшего через все искушения виртуозной эпохи, устремляться к той высшей цели философски насыщенного искусства, которую он называл «своим магическим кругом».

Нелегкой ценой досталась ему эта победа. Детские и юношеские годы явились первым этапом преодоления.

Будущий автор «Фауст-симфонии» увидел свет 22 октября 1811 года, в селе Райдинг (ныне Доборьян), принадлежавшем всесильному венгерскому магнату, «великолепному» князю Миклошу (Николаю) Эстерхази. Здесь отец будущего композитора Адам Лист занимал должность управляющего и казначея овцеводческого хозяйства и обитал в более чем скромном, вернее, бедном деревенском доме с молодой женой Марией Анной. На следующий день после рождения их сына в церковной книге местного прихода была сделана соответствующая запись о крещении мальчика. При совершении обряда ему было дано имя Франциск (Franciscus) . Выбор этого имени, данного в память великого гуманиста эпохи Средневековья святого Франциска Ассизского оказался далеко не случайным: в судьбах отца и сына, Адама и Франца, оно, как увидим далее, сыграло свою символическую роль.

Знаменательным, полным предвестий был год рождения будущего венгерского гения. Именно в эти дни, осенью 1811 года взошла над Европой зловещая комета, сулившая, по народным представлениям, «конец света», время неслыханных перемен. Красноречиво описанная великим летописцем наполеоновских войн Л. Н. Толстым, она и здесь, над венгерской землей, «с невыразимой быстротой пролетев необозримые пространства по параболической линии, вдруг, как вонзившаяся стрела в землю, влепилась тут в одно избранное место на черном небе и остановилась, энергично подняв кверху хвост, светясь и играя своим белым светом между бесчисленными другими мерцающими звездами». Эту небесную посланницу, по общему мнению, предвестницу катастроф, родители Листа, ожидавшие первого ребенка, считали, наоборот, символом счастья.

Огромное, почти глобальное, космическое значение придавал ей он сам. Таинственная комета, символ заката наполеоновской империи, казалась ему знаком его собственной необычной, неординарной судьбы. «Я родился в счастливый год, — писал он впоследствии одной из своих учениц. — Как возвестила о том великая комета, она оказалась не просто блуждающей звездой, но знаком иного мира, которому суждено было излить на меня свет и милость».

Но народные предчувствия оправдались. Время уже успело провести, говоря словами историка, свою «огненную борозду между восемнадцатым и девятнадцатым веками» (14, 116). Уже назревало падение империи Наполеона, готовился фатальный для властелина русский поход. На родине Листа прочно укрепилась диктатура хитроумного Меттерниха, предвидевшего и близкое торжество Реставрации, и власть Священного союза. Уже виделся впереди небывалый по своему размаху натиск реакционных сил, окончательно опровергнувший давние мечты о «равенстве и братстве».

И те же события заново всколыхнули духовную жизнь Европы, мощно подняв ее на новый уровень общественного сознания. В борениях и порывах, сомнениях и мечтах рождалась новая эпоха духовного Возрождения, новое восприятие вечных ценностей человеческого бытия. Трудно представить себе всю силу нравственного, этического потенциала, сосредоточенного в развитии философской мысли, литературы и искусства, созданных новым поколением 1810-х годов. В одной только сфере музыкального творчества, для которого XIX столетие стало поистине «золотым веком», ближайшими современниками Листа оказались Шопен, Шуман, Вагнер, Верди. В недалеком будущем должны были поднять свои голоса те страны, которые доныне полностью исключались из мира звучащей музыки в крупнейших центрах Запада. В орбиту западноевропейской культурной жизни должны были войти такие понятия, как русская, польская, венгерская, чешская, норвежская музыка. Все это еще предстояло узнать ребенку, родившемуся в деревенской глуши, в селе, затерявшемся среди степей, и с гордостью называвшему себя впоследствии «сыном Венгрии».

Реклама:

музыкальный магазин DJ оборудования и аппаратуры

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *