Специфическое развитие в средствах хорового воплощения

В жанровом отношении это произведение и традиционно — в смысле собрания хоров, сгруппированных тематически, и нетрадиционно — в отношении «симфонического», вернее даже raw-фонического, представления сонма русских святых, их образов. Иконографичность — не этот ли художественный принцип с его «повествовательным временем» и «повествовательным пространством» транспонирует композитор в область музыкального искусства?Каждая хоровая пьеса — отдельный звуковой мир, рисующий «лик», создающий образ святого на определенной текстовой основе. Повествовательные приемы проникают в каждую из них, например: рассказ о видении князя Александра Невского (№ 1), описание гроба княжны Евдокии (№ 2), слова Серафима Саровского о «таинственных знамениях» (№ 4). Но общей смысловой основой всего цикла является ходатайство всех предстателей за род человеческий, их пламенная молитва и наставления… Так возникает две, пространственно локализованные «повествовательные инстанции», музыкально обозначенные и последовательно выявленные в звукообразах.
Содержательная идея находит специфическое развитие в средствах хорового воплощения. Композитор слышит темброинтонирование как доминирующий фактор техники композиции. Не связаннная непосредственно с церковно-певческой интонацией, она опосредованно воспроизводит некоторые хоровые приемы, бытовавшие в духовно-музыкальных опусах. Прежде всего имеется в виду пространственно-временное распределение звучания, а конкретнее — распевание фрагментов текста в голосовых партиях и создание эффекта хорового антифона. Этот прием не только придает объемность музыкальной ткани, но и формирует неодноплановость композиции — смысловое отделение рассказа и идей от чувств и настроений.
Многообразная полифоническая техника, развитая в соответствии с художественным заданием, — активное и действенное средство создания «лика» и ситуации. Расслоение звучащего образа приобретает разные формы, а именно: в № 1 преобладают канонические «отзвуки» разнотембровых мелодических строк — «Не в силе Бог, а в правде!», — распеваемых на остинатном фоне других голосов (эффект «емкости» усилен яркими модуляционными сдвигами»); в № 2 возникают ассоциации с канонаршим пением — соло + ответы хора (с тем же текстом), — на фоне гулкой басовой педали; в № 3 господствует сугубое моление — «Господи, отпусти им, не ведят бо что творят!», — произносимое то в разное время и в разных точках (разные тембры и темы) музыкального пространства, то сообща, соборно — «едиными усты и единым сердцем»; в № 4 — антифон-ность расцветает не только в мелодических (канонических) формах, но и в перекличке мини-хоров (партитурных).
Такая интенсивная и кропотливая «работа» с хором, наследующая традиции прошлого, — условие создания музыкально-поэтической стилистики «Симфонии ликов», цикла Дмитриева, смысл которого не в портретной живописи, а в статико-динамических образах русских святых…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *