Эффект слияния смысла и пения

В заключение хочется привести пример из области реального «храмового действа». Уникальный эффект слияния смысла и пения, слова и звука можно было ощутить в современной патриаршей службе Преп. Сергию Радонежскому в Троице-Сергиевой Лавре (18 июля 1999), свершаемой на воздухе, за пределами Успенского собора. Пространство звучания текстов и молитвословий не ограничивалось древними стенами монастыря: оно ширилось и раздвигалось по всем земным и неземным координатам.Простые, веками отшлифованные обиходные песнопения — в строгой мелодике, ритмике и гармонии — звучали из уст многочисленного духовенства и объединенного хора МДА (мужского и женского), расположенных в разных точках пространства. Подхватываемое тысячным хором прихожан, вернее, людской массы, и оглашаемое праздничным звоном колоколов, это молебное пение действительно соборно возносилось в бесконечность и вневременность… И возникало ощущение разомкнутого пространства большого мира — в отличие от самозамкнутого музыкального пространства отдельных песнопений — малого мира. (Заметим, что произведения Трубачева из Службы Препод. Сергию — например, «О сладкого Твоего гласа» и «Пречистая Мати», молитва препод. Сергия по тексту Жития Епифания Премудрого, исполненные в БЗК 6 октября 1992 хором архим. Матфея, несут духовный заряд этого всенародного почитания.)
В целом антифоность как средство «пространственнизации» словесно-музыкальных образов широко применяется в службах Трои-це-Сергиевой Лавры: этот прием оказывается действенным параметром, реально и сиюминутно оживляющим партитурно «застывшие» музыкальные тексты. Что касается современной композиторской музыки для церкви, то она, по-видимому, еще ждет таких пространственных форм, какие был созданы в свое время Рахманиновым (в Литургии и Всенощной), Гречаниновым (в Страстной Седмице), а также во многих произведениях Чеснокова, Никольского и коллег их по Московской школе.
Понятие пространственность, как уже говорилось выше, вбирает, согласно Флоренскому и время; однако, уточняя его, ученый пишет: «Речь идет о времени, как о четвертой координате, или четвертом измерении действительности; ясное дело, эта четвертая координата не должна оказаться бесследно опущенной в произведениях изобразительного искусства. Но с другой стороны, эта четвертая координата не должна считаться безразлично сходною с прочими тремя, тем более, что и сами они, каждая порознь, имеют своеобразие, и отнюдь не смешиваются друг с другом».
Более того, Флоренский придает большое значение господству той или иной координаты в историческом времени: «…каждая координата имеет в том или другом искусстве ту или другую выраженность и проявляет собою то или другое стремление эпохи».
Если обратиться к духовно-музыкальным произведениям, то можно представить себе такую картину: преобладание вертикали — основа стилистического своеобразия традиционного гармонического пения; развитие горизонтали на основе коренной мелодии —устремленность начала нашего века, но при наличии разумного равновесия с гармонической вертикалью; постепенный уход в глубину — следующая ступень развития, которая не отрешается от первых двух и пытается сосуществовать вместе с ними в некоем согласии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *