Гармонизация напевов

Гармонизация напевов — это такая же проблема художественного стиля С. Трубачева, как и многих композиторов начала и конца века, но только усугубленная накопленным историческим опытом и задачами «текущего момента».Музыкант, формируя и развивая свой собственный подход, держит в памяти опыт великих «песиетворцев». Ссылаясь на методы многих гармонизаторов Обихода, Октоиха, Ирмология, Праздников и Триоди, и особенно Чайковского, Римского-Корсакова, Смоленского, Кастальского, Рахманинова, Гречанинова, П. Чеснокова, Никольского, Трубачев обращает внимание на творческие поиски ими «нового стиля церковной музыки» (на манере, противоположной той, что усвоена в Придворном обиходе) — а именно, стиля «распевно-подголосочного».
Этот стиль гармонизации характерен и для современной музыки — для обработок Трубачева, в которых ощущение целостности — мелодии и гармонии — не изменяет автору. Два типа духовно-музыкальных произведений — переложение и сочинение — в творчестве композитора сосуществуют как близкие, стилистически родственные по композиционно-выразительным средствам. Продолжая московскую традицию, Трубачев обрабатывает и сочиняет нередко в пределах одного и того же жанра (пример тому — причастны, светильны, тропари, стихиры).
Жанр причастных, отчасти восстановленный в начале века — работы Гречанинова, Никольского, Чеснокова и др., а затем продолженный в творчестве композиторов «русского зарубежья» (например, «дневные причастны» Ковалевского, входящие в Лондонский сборник, а также работы Кедровых), — привлек внимание С. 3. Трубачева, видимо, не случайно.
Композитор обратился к Обиходу середины прошлого века и сочинил, вернее обработал, причастны на все дни недели, а именно: «Хвалите Господа с небес…» (в воскресенье), «Творяй ангелы Своя духи…» (в понедельник), «В память вечную будет праведник…» (во вторник), «Чашу спасения приму…» (в среду), «Во всю землю изыде…» (в четверг), «Спасение соделал еси…» (в пятницу), «Радуйтеся, праведнии, о Господе…» (в субботу). Главное в этом богослужебном пении — теснейшая связь молитвенного слова с музыкальным звуком.
«Непереводимость музыкального языка на словесный не исключает возможных сопоставлений, аналогий, указывающих на обобщенный, типизируемый смысл многозначных музыкальных образов, интонационно закрепляемых в целостном комплексе музыкальной речи», — писал композитор.
Символичность текстов причастного стиха определила и особенности музыкальных образов. Полностью отлучившись от прежней «концертности» и пышных колористических звучаний, С. Трубачев дает свою музыкально-богословскую интерпретацию жанра. Его стиль молитвенно строг и лаконичен, хотя и не лишен красоты и красочности; его музыкально-выразительные средства наследуют староцерковный диатонизм, простирающийся и на мелодию, и на сопровождение. Однако это не есть стилизация, а есть результат восприятия современного художника.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *