Противопоставление Востока и Запада

Разумеется не только и не столько в уже названных изданиях, но по существу в большинстве работ, опубликованных по 80-е годы, обязательно присутствовали, например, такие моменты, как оппозиция отечественного искусства и буржуазного творчества с неизменным преимуществом первого.Подчеркивалось, что задача советских музыковедов всегда имела приоритетным направлением «попытку осветить картину современной музыки с принципиально иных, марксистских методологических позиций, на основе партийных, ленинских принципов, представив развитие музыки нашего века как целостный, хотя и глубоко противоречивый, насыщенный сложной идейно-эстетической борьбой процесс» («Музыка XX века». Ч. 1. М, 1976. С. 6).
Стоит сказать и о том, что библиография любой диссертационной работы исторического или теоретического профиля обязана была начинаться разделом «классики марксизма-ленинизма об искусстве», который, в силу ограниченности «облигатных изданий», механически перекочевывал из одного исследования в другое.
Закрепилось противопоставление Востока и Запада как некой извечной и непримиримой культурно-исторической антитезы. Догматичным было и то, что советская музыка выдвигалась как образцовое, поучительное искусство: «В наше время имеют место не только связи и широкая осведомленность, теперь многое в развитии мировой художественной культуры определяется советским искусством, — оно показывает пример прогрессивного развития и художественной мысли культурам Востока и Запада, разумеется, в то же время впитывая, творчески ассимилируя все ценное, передовое». Встает и еще одна «лейттема» — антиавангардные выпады, ибо «лучшие образцы современной музыки (и у нас, и на Западе) связаны с гуманистическими традициями мирового искусства, с культурой, исходящей от человека и апеллирующей к человеку. Лозунги „авангарда», вопреки многим декларациям, были откровенным разрывом с этими традициями. Совершенно очевидно, поэтому, насколько неправомерной была претензия буржуазного искусствознания представлять „авангард» как некую кульминацию всех стилистических исканий „новой музыки» XX века».
Кроме того, имели место и абсолютно несостоятельные попытки вывести некий «общий художественный знаменатель» многонациональной советской музыки. Речь шла о несуществующем феномене «советскости» в советском искусстве. Поиски этого музыкального «Поручика Киже» велись главным образом на ниве тематизма массовой песни. Журнал «Советская музыка» публиковал материалы для дискуссии, нередко под рубрикой «Есть советский интонационный строй!».
Важнейшей тенденцией исторического музыкознания рубежа 80—90-х годов была попытка познать историю отечественной музыки XX столетия не только вне идеологических пут, но и в возможно более полном контексте культуры: имеются в виду как персоны, так и жанры. Действительно, только совокупное рассмотрение явлений, составляющих «фоносферу эпохи» (М. Тараканов), способно объективно отразить многообразие движения культуры в каждый хронологический период.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *