Интимно-бытовой стиль на эстраде

Эстрадная специфика негативно отразилась и на другой песенной разновидности — собственно лирической (лирико-интим-ной) песне. Еще в конце 50-х — начале 60-х годов в советской песенной лирике сложился определенный тип героя — простого, внешне ничем не примечательного, но душевного и обаятельного, живущего в обычном, даже обыденном мире, переживающего, свои маленькие радости и незамысловатые печали.За подобного рода лирикой закрепилось понятие «дворовая» по названию триады песен А. Островского на стихи Л. Ошанина «А у нас во дворе» и др. От этого цикла пошла целая линия песен, рисующих неброские образы застенчивых, трогательно наивных юношей и девушек. В числе таких песен «Девчата» А. Пахмутовой (стихи М. Матусовского), ее же «Ненаглядный мой» (стихи Р. Казаковой) и «Полынь» (стихи Р. Рождественского), «Девчонки, которые ждут» С. Туликова (стихи М. Пляцковского), «Бирюсинка» Э. Колманов-ского (стихи Л. Ошанина), его же «Где ты раньше был?» (стихи Е. Долматовского), «Не назову тебя красавицей» Л. Афанасьева (стихи Л. Завальнюка). Естественно, все эти небольшие новеллы, картинки современного быта и музыкально были связаны с русскими бытовыми истоками (осовремененными жанрами страданий, колыбельной, цыганской песни, старинного городского романса). Интерес к последнему был особенно заметен, что в 60-е годы в значительной степени обусловливалось широкой популярностью этого жанра на отечественной эстраде. Возможно, восполняя дефицит искренности, он получил невиданное распространение, вошел в репертуар многих эстрадных и академических певцов, стал основой многочисленных песенных претворений ро-мансовости.
Интимно-бытовой стиль просуществовал на эстраде недолго: он явно вступал в противоречие с ее законами, требовавшими большей яркости, зрелищности, концертности. К тому же сама эстрадная эстетика менялась на глазах в сторону стремительного расширения выразительных возможностей.
На этом пути происходило расслоение песенного жанра. В нем наметились разнонаправленные тенденции, нередко взаимопересекающиеся, но диаметрально противоположные по своей сути. Главный герой песни как бы выводился за рамки бытового, повседневного.
Сама его личность делалась неординарной. Но понималась эта неординарность принципиально по-разному, а соответственно и достигалась совершенно различными путями. С одной стороны, происходило духовное, психологическое усложнение лирического героя.
Главным средством образной индивидуализации была сама музыка, выразительные средства музыкально-поэтического синтеза. Ориентированные на исполнителей-профессионалов — мастеров эстрады — и на интеллектуально развитого массового слушателя, композиторы могли позволить себе выйти за рамки привычных песенных канонов. В качестве литературной основы они зачастую избирали образцы высокой поэзии, никак не предусмотренные для песенного прочтения, содержащие глубокий психологический и философский подтекст, семантически сложный и многоплановый.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *