Кантатно-ораториальное и хоровое творчество

В 60—80-е годы кантатно-ораториальное и хоровое творчество переживает взлет, равного которому по силе и динамике не было за все время его существования. Оно заняло прочное положение одной из приоритетных областей, порой идя вровень с инструментальными жанрами по количеству и качеству созданного, порой и опережая их.Весьма впечатляющим показателем этого является стремительный рост числа исполнительских коллективов: в середине 60-х годов в России было лишь семь профессиональных хоров, а к концу 80-х их насчитывалось уже несколько десятков.
Причины такого расцвета, как обычно, множественны и, похоже, до настоящего момента не до конца ясны, хотя кое о чем можно говорить с известной долей уверенности. Не вызывает сомнения, что поистине гигантским стимулом развития хорового творчества стала реабилитация традиций духовной музыки, прежде всего, естественно, русских, но также и католических западноевропейских. Свою роль сыграло и знакомство наших композиторов с современной западной хоровой литературой, вскрывшее еще не освоенные зоны этой области музыкального искусства. Нельзя не отметить и обоюдную заинтересованность авторов и творческих коллективов, перераставшую в устойчивое содружество, что, несомненно, способствовало появлению на свет многих, в том числе и самых известных сегодня, сочинений.
Общий объем созданного за эти годы столь велик, что далеко не все написанное звучало хоть однажды с концертной эстрады. Причем среди исполнявшихся сочинений было немало имевших короткую жизнь на эстраде, а среди неисполненных есть интереснейшие опусы, которые ждут своих премьер уже не одно десятилетие, например Реквием А. Караманова, «Сказание о пугачевском бунте» Ю. Буцко, сверхцикл «Времена года» Р. Леденева (где каждое время года — цикл), оратория «Бунт» К. Баташова и другие.
В стилистическом отношении хоровая и кантатно-ораториаль-ная музыка не представляет собой некую замкнутую субстанцию, а демонстрирует как специфику, так и динамику общих процессов, чаще несколько запаздывая по времени в сравнении с камерным и симфоническим творчеством, но иногда даже лидируя, как это было с «новой фольклорной волной». Свойственная современному искусству дестабилизация форм и жанров, проявляющаяся, в частности, в их синтезе, в полной мере наблюдается и в вокально-хоровом искусстве. Это взаимопроникновение очевидно как на пограничных стыках хорового творчества с другими областями музыкального искусства, так и внутри него самого.
В первом случае это, к примеру, внесение ораториальных и кантатных принципов в симфоническую сферу (симфонии Шостаковича, Вайнберга, Шнитке и других) вплоть до создания уникальных «гибридов» типа симфонии-мессы (2-я симфония Шнитке) или проникновение закономерностей ораториальной драматургии в сценическую музыку — не только в оперу (опера-оратория), но и во вновь открытые сценические обрядовые «действа» (в сочинениях В. Тормиса, В. Гаврилина, В. Калистратова). Обратный процесс — внедрение симфонического метода и концерт-ности в вокальную стихию и образование относительно устойчивых mix\’oв — хоровой симфонии и хорового концерта.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *