Метроритмическая многослойность партитуры

Между первым актом (где сменяются эпизоды жанрово-бытовые, таинственные, полные драматизма) и вторым (мюзик-холльные интонации и ритмы) звучит удивительная по красоте лирико-романтическая интермедия, важность и драматургическое значение которой композитор подчеркивает намеренными аллюзиями с творчеством Грига. Дальнейшее воспринимается как отрицание интермедии, как характеристика пошлости и обыденности жизни, путь к трагедии.Психологическая эволюция образа Пера отражена стилистически разнородными пластами музыки, что обусловлено сценарием спектакля, а сочетание этих пластов в Эпилоге выливается в полифонию стилей.
Ноймайер услышал в интонационной, фактурной и метроритмической многослойности партитуры возможность реализовать свой режиссерский замысел: героя постоянно сопровождают семь двойников, дополняя и конкретизируя его внутренние свойства, импульсы, черты характера. В программе они названы «аспектами»: Душа, Детскость (ребячество), Полетность, Эротика, Смелость (напористость), Агрессия, Сомнение. Каждый «аспект» имеет свое пластическое решение, вместе складываясь в единый «портрет» героя.
В Эпилоге прошедшая жизнь героев проживается на новом уровне: как очистительный катарсис звучат преображенные и переосмысленные темы балета, уже известные по прежним эпизодам, звучат одновременно, параллельно, то возникая, то исчезая, как движение, смещение времен и пространства. Сквозь вязь оркестра «просвечивают», «мерцают» неизменно повторяемые чистые и светлые аккорды хора.
Избрав номерной принцип строения I и II актов, Шнитке поначалу как бы акцентировал отсутствие развития в общепринятом смысле слова, давая краткие танцевальные эпизоды, непрерывные, мгновенные переброски в разные сферы пространства и бытия. Традиционная структура оказалась близкой киномонтажу. Танцевальные сцены, резко обрываясь, уступают место ирреальным звучаниям или вневременным «лирическим комментариям». Музыка писалась по сценарию балетмейстера с учетом ее хореографического воплощения, которое синтезировало принципы балета-драмы и балета-симфонии. Дробность номеров постепенно сменяется укрупненными эпизодами, венчает балет огромное, более тридцати минут длящееся Adagio героев.
Хореографические постановки на музыку Щедрина, Шнитке, Денисова позволили говорить о новом типе соотношения музыки и хореографии. Композиторы не предлагали конкретные портретные характеристики, тематизм и его развитие не ассоциировались с определенным чувством, состоянием. Музыка и пластика жили в контрапунктическом единении, дополняя друг друга.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *