Симфонизация балетной музыки

Балетная партитура не только координировала единство театрально-хореографического действия, процесс становления и развертывания образов в их взаимодействии, но и вскрывала «подтекст» и «внутреннее действие» сюжета, передавала движение мыслей, чувств, психологических побуждений героев, их сложные взаимоотношения, эволюцию характеров.Композиторы широко использовали разнообразные возможности музыки создавать пластические образы. Традиционные, исторически апробированные танцевальные формы выполняли прикладные функции, становились своего рода знаком, символизирующим историческое время действия балета. Наряду с традиционно понимаемой танцевальностью моделировались и новые специфические формы пластики. Один из путей — это внедрение в балет «высшей», опосредованной танцевальности, пропущенной через классический симфонизм и представшей как обобщенное выражение семантически сложной стихии движения.
К концу XX века отчетливо проявился новый виток взаимодействия и взаимообогащения инструментального и театрального композиторского творчества. Балетная музыка развивалась как часть «большого симфонизма», инструментальные жанры в свою очередь, воплощая стихию движения, обнаружили воздействие на себе современного «хореографического» начала музыкальной образности.
Симфонизация балетной музыки проявлялась по-разному и размывала традиционные представления о степени симфонично-сти, например, номерного и сквозного типов драматургии, многоактного сюжетного спектакля и композиций, вплотную сближающихся с жанрами инструментальной музыки. Наряду с типичной для симфонических разработок поляризацией интонационных миров, прямым столкновением, противоборством тем, в партитурах использовалось последовательное сопоставление крупных, контрастных по материалу структурных образований, которые воздействуют друг на друга как бы на расстоянии, подвергаясь образным изменениям либо постепенно вытесняя «враждебный» тематизм.
На пути привлечения в балетную партитуру новейших средств музыкальной выразительности возникла опасность отхода от театральной природы искусства танца, игнорирования в музыке элементарных основ пластического движения. Хореографа не пугали ни самые сложные, замысловатые ритмы, размеры, их частая переменчивость, ни отсутствие явного, пусть «зашифрованного» тематизма, ни аморфная оркестровая фактура. Об этом свидетельствуют многочисленные постановки на небалетную современную музыку. Однако, обращаясь к таким опусам, постановщик интуитивно отбирал сочинения, пригодные для решения хореографических задач.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *