«Большая» отечественная опера

В ситуации очередной «переоценки ценностей» традиционные оперные формы, казалось бы, должны были отойти в прошлое. Обращение к многоактным структурам, отягощенным грузом традиционных представлений, было достаточно рискованным.Не случайно, в противовес скомпрометировавшим себя парадно-монументальным опусам предшествующих десятилетий, внимание композиторов сосредоточивается на опере «малых форм», камерных разновидностях жанра, моноопере. Однако наряду с ними свидетельством испытаний жанра в новых социокультурных условиях, знаменательным фактом времени 60-х стала и «большая» опера. Внешне она продолжила движение по заданной оперой предшествующих десятилетий орбите. Тот же круг сюжетов (в основном связанных с событиями современной отечественной истории—революции, гражданской и Отечественной войн), опора на интонации массового музыкального быта, на песню как на ведущее драматургическое звено оперной композиции. Однако исподволь уже началось сущностное переосмысление сюжетов, потребовавшее коренного пересмотра всей системы драматургически-стилевых средств.
В довольно обширном потоке произведений большого оперного стиля выделился ряд сочинений (среди них «Виринея» и «Мастер и Маргарита» Слонимского, «Мертвые души» Щедрина, «Июльское воскресенье» Рубина, «Петр Первый» Петрова), по-своему обобщивших идеи рубежного десятилетия, ответивших на дискуссию начала 60-х годов и содержавших прогнозы на будущее. В этом аспекте особое значение приобретают композиции эпико-драматического плана. Они несли в себе и слово о самом жанре — в традиционно-этическом его понимании, о жизненной укорененности традиций жанра и о скрытых в нем человеческих представлениях и идеальных чувствованиях.
Современные авторы попытались противопоставить «путанице земного бытия» идеальный мир с гармоничной иерархией ценностей. Они искали опоры — культурные, исторические — в потоке вечности и обращались к различным проявлениям эпического, которое в целом осмысливалось как особый план человеческого бытия, заключающий в себе философскую идею начала. Совмещение разных временных планов, придание событиям, образам черт универсальности, новые формы синтеза, тяга к документальности и публицистичности, сочетание событийности и осмысления событий, голос автора или от автора, элементов действенных и повествовательных — все это становится характерными приметами эпико-драматических композиций. Эпически существенное по-разному обнаруживает себя в трактовке системы приемов, предполагающих отклонения «маятника» в сторону то «эпоса», то «драмы».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *