Myзыкальное приношение

Здесь сразу возникает одно из показательных явлений — «Myзыкальное приношение» Щедрина (1983). Его посвящение 300-летию со дня рождения Баха наложило отпечаток на сам строй этой музыки (эпико-драматико-медитативный) и исполнительский состав (произведение написано для органа, трех флейт, трех фаготов и трех тромбонов). Эта партитура показательна с точки зрения многих типологических для 80-х годов черт.Сочинение насыщено аллюзиями баховской фактуры, цитатами хоральных прелюдий Баха, монограммами (BACH, BERG, SHCHEDR). Они создают специфическую «беседу в звуках», напоминающую сложную интеллектуализированную прозу XX века. По необычности и грандиозности масштаба «Приношение» занимает пограничные позиции между камерным и симфоническим творчеством (оно длится более двух часов, в силу чего автор делает уникальный для одночастной пьесы допуск: «сочинение можно исполнять в отрывках»). В центральном элементе звуковой системы произведения, в партии органа постоянно возникают аллюзии на музыку Баха.
Свой нюанс в развитие камерного творчества внесла исполнительская культура. Так, в 70-е и 80-е годы обращает на себя внимание появление большого количества сочинений для инструментов, ранее находившихся в тени. Например, многие камерные сочинения Губайдулиной были написаны специально для исполнителей или по их просьбе: это виолончелист В. Тонха и баянист Ф. Липе, фаготист В. Попов и ударник М. Пекарский, трубач Л. Чумов. Бурное развитие органного исполнительства вызвало появление ряда сочинений для этого инструмента (творчество Б. Тищенко, О. Янченко, Т. Сергеевой, С. Губайдулиной). М. Плетнев возрождает жанр музыкальной транскрипции (пианистом сделаны транскрипции балетов Чайковского и Щедрина).
80-е годы, имеющие много точек соприкосновения с 70-ми, в качестве своеобразной альтернативы выдвинули минималистскую тенденцию, репетитивную технику. По-видимому, эта тенденция возникла как эстетический противовес звуковой сложности, отходу от первичных элементов звуковой материи, преобладанию технологизма, а также и в противовес концептуальности. Частично это явление оказалось созвучным духовным поискам — поиску символа Веры, когда человеческий разум должен отступить, так как ему не дано познать Неведомое, находящееся за пределами бытового сознания. Созерцательное, недейственное в отличие от остинато, повторение одного и того же звукового материала в сочинениях с репетитивной техникой в чем-то перекликается с эстетикой магических повторов обрядового, ритуального типа, целью которых является переключение сознания на новый уровень восприятия. Вне зависимости от художественного результата репетитивная музыка была попыткой освободить музыку от личностного, субъективного начала и философствования, найти абсолютную, первичную звуковую сущность. Эту же задачу часто выполняли и сочинения минималистского типа. К репетитивной технике обращались композиторы разной стилевой ориентации — В. Мартынов, Н. Корндорф, В. Екимовский, Ж. Плиева; к минимализму — А. Кнайфель.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *