Колористическое начало

Одночастная симфония членится на четыре больших раздела, функции которых совпадают с экспозицией (тема вступления становится лейтмотивом, впервые противопоставлены силы света и зла), разработкой (близка симфоническому allegro), лирической интермедией и финалом (в нем вторично противоборствуют конфронтирующие начала).Симфония отмечена свойственными стилю Эшпая мелодической щедростью, романтической экспрессивностью. Такова, в частности, и тема низких струнных, открывающая симфонию.
Декоративную красочность полотну, прежде всего танцевальному мелосу и ритмоинтонациям бытовой музыки, во многом обеспечивают соединение тембров инструментов симфонического и джаз-оркестра, в состав которого включены, в частности, шесть саксофонов, гитары, бонги, ксилофон, вибрафон, маримбафон и другие.
Прав был Г. Дмитриев, утверждавший: «Для симфонического тематизма важна не только тембровая характерность, но и способность воплощаться в разных оркестровых объемах. Колористическое начало — еще одна категория, которая в настоящей симфонической партитуре должна выступать в тематическом качестве».
Спектр жанров, задействованных в образной экспозиции, широк. Позитивная сфера здесь особенно разнолика: от мотета и хорала до вальса и босса-новы. Негативный пласт представлен более традиционно — набором жанров, давно утвердивших себя в сфере «военного» симфонизма: жесткими остинато, маршами-нашествиями.
И в 4-й и особенно в 5-й симфонии образно-смысловые антитезы своей масштабностью, силой экспрессии близки конфликтному симфонизму Шостаковича. Однако если у автора «Ленинградской симфонии» зло выступает как «изнанка позитивного», а потому производно, то у Эшпая иной подход — силы зла тематически автономны. Среди последних одним из ведущих «действующих лиц» становится процитированная композитором примитивная солдатская песня, популярная в Германии в 30-х годах. В единоборстве сил-антагонистов стремление к прекрасному, нравственному берет верх над полюсом разрушения и дисгармонии. Таков, например, образный смысл зачина сочинения, объективизированный склад которого готовит событийную цепь сочинения.
Одночастная композиция 5-й симфонии включает три контрастных эпизода, «события» которых говорят о театральности ее фабулы, восходящей к практике программной музыки. Трудно не согласиться с таким наблюдением исследователя: «Автор действует подчас как сценограф, располагая разделы (части) своей симфонии как бы в определенном пространстве, и соединяет их общим сюжетом. 5-я симфония организована в триптих. Ее симметрично расположенные крайние батальные „полотна» образуют цепь сюжетно связанных событий („насилие-преодоление-возмездие»). Среднее „полотно» — явление другого ряда, действующее как отстраняющий фактор, заставляющий задуматься над фабулой и ситуациями событийных разделов».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *