Панорама творчества ленинградских композиторов

Отечественные артисты всех поколений составили блистательную плеяду: Д. Башкиров, Е. Малинин, В. Крайнев, Н. Петров, Н. Шаховская, М. Воскресенский, Е. Образцова, Г. Кремер, О. Каган, Н. Гутман, Ю. Башмет, А. Любимов, Г. Гродберг. Возрождению традиций ансамблевого фортепианного исполнительства способствовала интенсивная деятельность, в том числе и просветительская, дуэта Е. Сорокиной и А. Бахчиева, возглавлявших Международную ассоциацию фортепианных дуэтов.Функционирование филармонической жизни в 80—90-е годы было связано и с выдвижением новых имен — дирижера В. Зивы, пианиста, композитора, позже дирижера и педагога М. Плетнева, удостоенного в 25 лет Государственной премии РСФСР имени Глинки.
Исключительно плодотворно протекала деятельность представителей старшего поколения — Л. Когана, Д. Шафрана, С. Рихтера. Последний, словно переняв эстафету М. Юдиной с ее музыкальными вечерами в Музее имени Пушкина, создал свои знаменитые «Декабрьские вечера» (1982). На той же основе возникли Шаляпинский фестиваль в Казани и Собиновский в Ярославле, а также региональные — Глинки в Смоленске, Чайковского в Вот-кинске. В Ивановке открылся Рахманиновский мемориал и начались фестивали. Проводились фестивали-монографии: Шнитке в Горьком (1989), Губайдулиной в Екатеринбурге (1991). Ленинград традиционно активно развивает такой важнейший институт современной концертной жизни, как конкурсы — международные и общероссийские (многие десятилетия общесоюзные), исполнительские и композиторские. В 1981 году берут свой старт «Невские ассамблеи». Плодотворной оказалась идея превратить XX «Ленинградскую музыкальную весну» в антологию музыки, написанной ленинградскими композиторами за двадцать лет. Программы составлялись исполнителями, пожелавшими играть ту музыку, которая уже получила живой слушательский отклик. Прозвучали вокальный цикл на стихи М. Цветаевой Шостаковича, Весенний концерт для скрипки Слонимского, состоялась премьера симфонии-действа «Перезвоны» Гаврилина.
Живая, ежегодно обновляющаяся панорама творчества ленинградских композиторов обнажила и назревшее. Речь шла «о чаянии искреннего и приветливого, а вместе с этим об ощущении русской культурной традиции как поддержки, помощи в лицемернейшие времена начала 80-х годов… Многие узлы развязывались и завязывались снова на „Веснах». Никого не устраивает цитатный фольклоризм, миновало также и фольклористическое возрождение 60-х годов: кто сегодня, в конце 80-х, знает, что черпать, что брать в народной музыке, кто ясно видит ее сегодняшнюю?»
Для ленинградского композиторского мира всегда решающе важна была фигура Шостаковича. «Шостакович завещан Ленинграду — это понимали даже те, кто не чувствовал внутренней связи с нашим великим мастером; а идти „путем Шостаковича»… как, докуда; сберечь его заветы — что нужно для этого сегодня и можно ли решить свою композиторскую судьбу в Ленинграде вне воздействия ауры Шостаковича? Каждая весна возвращает нас к этим вопросам, тем более жгучим, что у нас композиторские поколения сплочены более, чем где бы то ни было, и школа Шостаковича — Евлахова для многих из них — материнское лоно» (Л. Гак-кель).
Ответы на поставленные вопросы давала художественная практика. Стали придаваться гласности творческие искания композиторов, до того лишь знакомые узкому кругу специалистов. Яркий пример — сочинения А. Кнайфеля.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *