Соната для двух фортепиано и ударных

Соната для двух фортепиано и ударных отличается редкой стройностью конструкции. Интересна ее пианистическая фактура, полная новых колористических эффектов. Манера виртуозного письма во многом близка Листу, о котором напоминает интонация первых тактов. Что касается ударных, то они всецело подчинены общей линии драматургического развертывания, подчеркивают и усиливают выразительность фортепианной партии. Стремление к выразительности всегда остается на первом плане, и это помогает восприятию сложной, местами очень острой по звучанию музыки сонаты. Она, несомненно, отразила напряженность исканий, творческой мысли, в ней, особенно в первой части, слышатся тревожные возгласы, предвестники надвигающейся бури. А может быть, это была и сама буря, воплотившаяся в странных, но впечатляющих звучаниях… Они запоминаются с первого раза, пробуждают множество раздумий.
Сонату для двух фортепиано и ударных справедливо сближают с «Музыкой для струнных инструментов, ударных и челесты». Здесь действительно можно найти много общего. Но в то же время соната для двух фортепиано и ударных более драматична. То, что было раньше предметом углубленного размышления, как бы предчувствия (фуга), что появлялось в музыке видением затаенной тревоги, стало теперь жестокой реальностью, воплотившейся в нервном ритмическом беге и острых диссонансах первой части, да и во многих эпизодах второй и третьей Кричащие контрасты и повышенная напряженность общего тонуса придают музыке сонаты особый характер, ее можно сравнить лишь с «Зачарованным мандарином», также отобразившим сложные и трудные переживания композитора.
Ярчайшая, почти экспрессионистская эмоциональность соседствует в сонате с четкостью конструкции и строгой логичностью тематического развития. Здесь преобладает линеарность, часто встречаются политональные эпизоды. Вместе с тем, несмотря на обилие проходящих хроматизмов, тематический материал сонаты тяготеет к диатонике. Гармонический язык связан, конечно, с особенностями содержания сонаты.
Через всю сонату проходит организующее ритмическое начало, часто вырывающееся за рамки стандартных метрических формул. Такова уже главная тема первой части с ее ясным рисунком четырехчетвертного такта, втиснутым в такт 9/8. Ритмика определяет и роль ударных, чьи партии разработаны с исключительной тщательностью. Венгерские музыковеды усматривают здесь влияние индонезийского гамелана — действительно, в некоторых произведениях Бар-тока можно найти интонационные связи с музыкой Индонезии, в частности — с песнями острова Бали. Отметим, кстати, что изучение интонационной основы музыки Бартока может открыть и другие любопытные факты ассимиляции элементов различных культур.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *