Прогрессивность воззрений Бартока

Третий вопрос относится к книге Листа «Музыка цыган в Венгрии» или, точнее, к неверной концепции цыганской музыки. По мнению автора, Лист только отчасти виновен в своем заблуждении, которое следует объяснить обстоятельствами XIX столетия: совершенно неправильным пониманием музыкального фольклора, привлекавшего каждого романтика перегруженным, вымученным, напыщенным, всем, от чего отказалась классическая простота.Ответственны за эту ошибку наши деды, которые не могли или не хотели указать Листу путь к истине, дорогу в венгерскую деревню. — Наконец, четвертый вопрос: имеем ли мы право рассматривать Ференца Листа как венгра? Лист сам ответил на этот вопрос, декларируя неоднократно Венгерское. И весь мир воздает должное такому человеку, как Ференц Лист, уважая его национальность».
Как видно из этого краткого изложения, Барток затронул вопросы, которые особенно волновали его самого и имели большое значение для развития национального искусства. Прогрессивность воззрений Бартока, стремившегося утвердить ценность народно-твор-ческой основы и находившего у Листа много элементов большого искусства современности, приобретала особое значение в середине 30-х годов, когда в венгерском искусствознании усиленно насаждались узкошовинисти-ческие тенденции. Барток всегда выступал против этих тенденций и стремился защитить драгоценное наследие Листа от их сторонников.
В 1936 году Барток не раз возвращался мыслями к Листу. Об этом говорит его намерение включить ли-стовскую «Пляску смерти» в программу намечавшихся концертов в Турции, а быть может, и то совпадение тематизма финала «Музыки для струнных инструментов, ударных и челесты», на которое указывает венгерский музыковед И. Кечкемети. Лист продолжал оставаться для Бартока высоким примером, источником плодотворнейших идей, вечно ищущей, беспокойной натурой, столь ему близкой и понятной. При всем несходстве творческого облика двух композиторов, они выступают носителями общей идеи венгерского музыкального искусства, что справедливо подчеркивается в трудах современных музыковедов, в том числе — в книге Б. Сабольчи «Ференц Лист на закате своей жизни». Что же касается музыковедческих этюдов Бартока, то они остались важными страницами в истории исследования творчества Листа.
Летом 1936 года Барток был занят приготовлениями к путешествию в Турцию, на которое он возлагал большие надежды, радуясь новой возможности расширить круг своих фольклорных исследований. Верный своим обычаям, он изучал язык народа, среди которого предполагал записывать песни. В одном из писем, написанных в августе 1936 года, он жалуется на трудности турецкой грамматики, говорит о необходимости составить краткий турецкий словарь и т. д. Лингвистические способности помогли композитору овладеть элементами турецкой речи настолько, что в своих поездках по стране, как уже говорилось, он мог обходиться без переводчика.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *