Первое заокеанское путешествие

Оригинален тематический материал второй части рапсодии. Барток снова обращается к ритмам народных наигрышей, мелодиям лидийского лада. Интересно, что он пользуется крайне редкой в композиторской практике системой обозначения ключевых знаков, принятой для записи фольклора. Необычны гармонические сочетания, возникающие в результате линеарного ведения верхнего и басового голосов.Впрочем, здесь не все основано на линеарности. Во второй части рапсодии есть эпизоды, где преобладают чисто фонические эффекты звучания пятиступенных комплексов типа си— до-диез — ре— ми— фа, движения параллельных терций или квартсекстаккордов, квартовых созвучий и т. д. И каждый раз композитор находит возможность сочетать эти гармонические средства с ладовыми особенностями народных мелодий. Он изобретателен и в разработке виртуозной фактуры, приобретающей у него более строгий характер, чем в более ранних скрипичных произведениях. Но это уже общий вопрос, равно важный как для понимания сущности рапсодии, так и для выявления направленности творческой эволюции Бартока.
Полнокровная, красочная музыка рапсодий заслуживает внимания и исполнителей и слушателей. Здесь, в особенности во второй рапсодии, раскрывается богатейший мир народной песни и танца, своеобразно воспринятых большим композитором. Его рапсодии, по-новому продолжавшие традицию Листа, заняли почетное место в кругу произведений венгерского искусства.
Фортепианные пьесы и квартеты — с одной стороны, скрипичные рапсодии, с другой — это два полюса творческих исканий Бартока. Такая противоречивость характерна для произведений конца 20-х годов, когда композитор очень активно осваивал новые средства и приемы.
Конец 20-х годов ознаменован в биографии Бартока многочисленными концертными поездками, упрочившими его известность и принесшими новые знакомства. Кроме уже хорошо известных ему европейских стран композитор посетил также и Соединенные Штаты.
Это первое заокеанское путешествие Бартока началось в самом конце 1927 года, под непосредственным впечатлением успеха третьего квартета, получившего незадолго перед этим первую премию на конкурсе Музыкального общества в Филадельфии. Первое выступление Бартока состоялось в нью-йоркском Карнеги-холле 22 декабря 1927 года. Он сыграл свою рапсодию для фортепиано с оркестром под управлением Виллема Мен-гельберга. Барток совершил поездку по стране, побывал в Филадельфии, в городах Среднего Запада — Канзас-сити и Цинциннати, затем в Денвере, на Тихоокеанском побережье — в Сан-Франциско, Лос-Анжелосе, Портленде, Сиэтле. Он многое видел, встречался с публикой концертных залов, которая была несколько разочарована тем, что не встретила в его лице крайнего новатора в типично модернистском понимании этого слова. Это дало повод композитору писать о том, что в новых городах Америки развитие музыкальной жизни лишь начинается. В общем Америка не слишком понравилась Бартоку, и едва ли он мог думать о том, что ему придется провести в ней последние годы своей жизни.
Все это не касалось, впрочем, американских друзей, которые, как писал композитор в одном из своих писем, делали для него все возможное и помогали в знакомстве со страной, с природой, особенно поразившей его на Тихоокеанском побережье. В общем же, путешествие в Америку не прошло бесследно; оно помогло установлению музыкальных связей, которые имели для композитора значение и в дальнейшем.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *