В мир народной инструментальной музыки

Первая рапсодия состоит из двух частей (с небольшой кодой, построенной на материале первой части). Главная тема звучит в лидийском ладу, осложненном колебанием между мажорной и минорной терцией. Ритмика— типичная для множества мелодий вербункош. Фактура сравнительно несложная, как несложна и трехчастная форма этого медленного танца, в общем довольно традиционного, хотя, конечно, и не лишенного обычной для Бартока свежести.Вторая часть разнообразнее по тематическому материалу, соткана из напевов танцевальных наигрышей, интересных по ритмике, а иногда (как, например, в эпизоде Allegro molto) и по ладовому строению. Композитор ведет в мир народной инструментальной музыки, чьи элементы развиты своеобразно, но без той изощренности, которая отличает сонаты для скрипки с фортепиано.
Вторая рапсодия также связана с традициями венгерской музыки — вербункоша и крестьянской песни. Однако по языку и фактуре она много сложнее первой, хотя, в общем, также выражает тенденции к строгости в отборе средств, характерных для стиля Бартока периода 30—40-х годов. Она сложнее первой и по конструкции.
В первой части звучит богато орнаментированная лирическая мелодия, несколько напоминающая тематизм последних венгерских рапсодий Листа — в частности, девятнадцатой. Однако в произведении Бартока мы встречаемся с иным принципом гармонического мышления, в котором преобладают линеарные построения. Сравнивая их с аналогичными эпизодами предшествующих произведений Бартока, нельзя не заметить, насколько увереннее он пользуется приемами политонального письма. К обычной для него строгой логике, иногда — даже к рационализму гармонического мышления, присоединилось стремление к разгрузке от лишних деталей. Отсюда — прозрачность и ясность звучания, в котором даже в период наибольшего увлечения гармоническими экспериментами чувствуется прочность ладовых устоев. Это связано с особенностями композиторского дарования Бартока.
Оно развивалось в условиях постоянного изучения народного творчества, подчас в рапсодиях Бартока бывает трудно отличить «свое» и «заимствованное». Вернее сказать, в первой части рапсодии все сплетения линий и сложные гармонии вырастают из типично фольклорного материала.
Было бы поучительно разобрать такт за тактом все подробности интонационного и гармонического развития рапсодии начиная с первых же ее тактов, где на фоне характерных квинтовых и квартово-квинтовых созвучий развертывается диалог двух мелодических голосов, постоянно вступающих в гармонические перечения. Но это потребовало бы специального развернутого аналитического этюда. Скажем лишь, что Барток нашел в рапсодии свои, индивидуальные приемы политонального письма, которые невозможно смешать ни с какими другими.
Первая часть рапсодии оставляет впечатление свободной импровизации, создаваемой главным образом непрерывностью варьирования мелодической орнаментики, типичной для стиля рапсодий Листа и опер Эркеля (в особенности для его шедевра—оперы «Банк Бан»), о которых и напоминает музыка скрипичных концертных пьес Бартока.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *