Prestissimo con sordino

Третий квартет принес композитору большой успех, он был отмечен первой премией камерного конкурса в Филадельфии. По возвращении из США, Барток написал в августе-сентябре 1928 года свой четвертый квартет. Новое произведение, посвященное известному камерному коллективу «Pro arte», было впервые сыграно в 1929 году давнишними друзьями композитора — артистами квартета Вальдбауэра в одном из будапештских концертов.Пятичастный квартет написан в так называемой «форме моста». Центром конструкции является третья — медленная — часть, обрамленная четырьмя быстрыми, причем композитор подчеркивает тематические связи между первой и пятой, второй и четвертой частями. Таким образом перебрасываются конструктивные арки, связующие вместе все эпизоды партитуры.
В музыке четвертого квартета увлекает ритмическая энергия, необычные эффекты звучания, строгость тематического развития и отзвуки народных интонаций, пробивающихся сквозь всю сложность конструктивных построений. Особо надо отметить исключительное богатство квартетного письма, изобилующего новыми техническими приемами и эффектами звучания.
Первая часть квартета, написанная в сонатной форме, является примером бартоковской техники в строго логичном развитии коротких тематических элементов. Так же как и в партитуре третьего квартета, основными приемами служат имитация, различные формы инверсии, расширения и сжатия. Нельзя не оценить мастерства композитора, строящего сложную конструкцию из, казалось бы, не очень яркого материала. Он умеет исчерпать все его возможности. В музыке господствует волевое начало, выступающее с особенной отчетливостью в бурной коде.
Вторая часть значительно проще, хотя и в ней ощущается неутомимость поисков нового. Это скерцо, прозрачное по звучанию, проносится в непрерывном ритмическом движении. Своеобразие тембрового колорита Prestissimo con sordino особенно впечатляет после бурной музыки первой части. Контраст усиливается благодаря жанровой характерности скерцо, напоминающего тарантеллу. Скерцо сменяется медленной частью, вводящей в совершенно иной эмоциональный мир и по всей своей краткости являющейся центром произведения.
В третьей части господствует спокойствие размышлений, лишь изредка прерываемое экспрессионистскими наплывами. Уже в главной теме появляются черты parlando rubato. При всей изысканности этого виолончельного речитатива, идущего вначале на фоне спокойных аккордовых звучаний, в нем ощутимы связи с народными интонациями.
Дальше в музыке все яснее выступают интонации затаенной тревоги, чьим предвестником являются краткие реплики первой скрипки, вводящей в эпизод Agitato, где речитатив (вторая скрипка) приобретает напряженно-патетический характер. Именно здесь и можно говорить об элементах экспрессионизма, хотя, как нам кажется, они существуют скорее в тембровом оформлении, чем в интонациях.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *