Румынские народные танцы

Необходимо сказать о мастерстве композитора, умеющего буквально несколькими штрихами рисовать бытовые образы и сцены. Речь идет не о программности или тем более — иллюстративности: их нет в «Венгерских крестьянских песнях». Дело в конкретности музыкального образа, которая вызывает подобную ассоциацию. Барток использует не только интонации и ритмы, но и приемы народного исполнительства, претворенные в его фортепианной фактуре. С этой точки зрения интересна девятая пьеса с ее квинтовыми созвучиями и басовой педалью. Еще ярче финальный эпизод.Это самая большая пьеса цикла основана на вариационном обыгрывании неизменной тонической гармонии. На фоне остинато баса и квартового хода среднего голоса появляется типичный наигрыш волынки, полный веселья и бодрости. Движение непрерывно нарастает, в музыку вплетаются бойкие переборы, напоминающие об инструментальном сопровождении частушек. Мелодия по-прежнему не выходит за пределы узкого интервального круга, композитор постоянно пользуется приемом остинатного развития. Кульминация наступает в коде, построенной на многократном повторении, как бы «втаптывании» одной интонации. Это —великолепная в своей реалистической образности сцена народного веселья, написанная сочной и верной кистью.
Тому, кто знает венгерскую народную музыку, произведение Бартока навевает множество ассоциаций, но и для слушателя, впервые соприкоснувшегося с ее миром, они так же полны поэзии и очарования. Эта тетрадка фортепианных пьес сыграла важную роль в ознакомлении музыкантов многих стран с фольклорными сокровищами, накопленными Бартоком. Сходную задачу выполнили знаменитые «Румынские народные танцы» и «Румынские колядки» для фортепиано, написанные в 1915 году.
Работая над фортепианными пьесами на народные темы, Барток преследовал две цели. Об одной — популяризаторской— мы только что говорили. Добавим, что об этом свидетельствует самый характер пьес, доступных не только профессионалам, но и любителям. С другой стороны, обработки народных песен и танцев вводят в творческую лабораторию композитора, осваивающего новые средства выразительности. Вот почему небольшие пьесы для фортепиано стали важным звеном исканий Бартока.
Цикл «Румынские народные танцы» (особенно популярный в скрипичной редакции, сделанной известным венгерским скрипачом Золтаном Секей) — одно из тех произведений, которые, при всей своей кажущейся простоте, отмечены высоким мастерством, выросшим на основе многолетнего изучения фольклора. Вместе с другими аналогичными страницами они дают повод для сближения Бартока с Григом. Правда, норвежский мастер редко обращался к подлинным народным мелодиям, но вся его музыка тесно связана с фольклорной основой. Роднит обоих композиторов стремление к четкости формы и постоянное применение принципа гармонической вариационности: оба любят повторять одну и ту же мелодию, каждый раз в новой, часто неожиданной, но всегда логически обусловленной гармонизации.
Каждый из шести румынских танцев своеобразен по облику и контрастен по отношению к соседним. Во всех пьесах эвучат подлинные румынские мелодий, но, так же как и в «15 венгерских крестьянских песнях для фортепиано», это не простые обработки. Барток создает лаконичные жанровые зарисовки, обогащает фактуру тонкими и колоритными гармоническими штрихами, его танцы полны живости и остроумия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *