Фанатичный последователь сверхмодернистских правил

В среднем эпизоде Барток вводит новый материал, в котором особенно ощутима связь с народными танцевальными наигрышами. Барток тонко чувствовал их прелесть и часто оживлял ими страницы своих произведений. Ему были равно близкими настроения первой части и веселье жанровых сцен, уводящих в мир народной песенности. И это существенна для понимания дуализма личного и фольклорного, о котором так много писали его биографы. В первом квартете Барток уже находит новые пропорции синтеза, причем более сложного и утонченного, чем в других произведениях этого периода.Первый квартет Бартока интересен по своей фактуре. Конечно, в нем еще нет редчайшего своеобразия в использовании технических и тембровых возможностей струнных инструментов, которое отличает, например, партитуру пятого квартета. Однако для своего времени квартет был во многом неожиданным для венгерской публики: в 1910 году он показался большинству слушателей чрезмерно дерзким. На Бартока посыпались обвинения в пренебрежении эстетическими нормами.
Вот что говорилось по поводу квартета в рецензии одной из будапештских газет: «Бартоку должно быть стыдно, что он забывает обо всех художественных нормах, стыдно, что он посвящает себя службе фальшивым божкам. Мы надеемся, что он сможет возвратиться к религии художественной красоты. В других отзывах критики не скупились на такие эпитеты, как «фанатичный последователь сверхмодернистских правил»— словом, новые искания композитора не встречали понимания и сочувствия. Но он продолжал идти своим путем.
В этом ему помогло «Венгерское музыкальное общество», которому время от времени удавалось устраивать камерные вечера, имевшие важное значение для развития новой отечественной музыки. В них активно участвовал Барток.
В ноябре 1911 года общество устроило его сольный концерт, в программу которого вошли произведения Куперена, Рамо, Скарлатти и других композиторов-классиков, а также венгерские песни (в обработках Бартока и Кодаи), исполненные Дечо Рона. Слушателей было мало, так же как и на втором концерте общества, посвященном произведениям Дебюсси, Равеля и Лео Вайнера. Словом, новому обществу и объединившимся вокруг него передовым венгерским музыкантам приходилось непрестанно бороться против отсталых и консервативных вкусов и взглядов.
Для Бартока этот вопрос решался прежде всего в творческой работе. Он понимал, что только новые яркие и талантливые произведения помогут изменить создавшееся положение. И сам он видел в композиторской работе главную цель, хотя и понимал очень ясно всю трудность перевоспитания будапештской публики. Отзывы на исполнение первого квартета звучали точно предостережение против новаторских исканий. Но Барток прислушивался лишь к голосу собственной художественной совести и продолжал искать те новые образы и средства, которые, по его мнению, должны были обновить венгерскую музыку. Эта вера не покидала его даже в то время, когда он с горечью говорил о том, что сочиняет музыку для своего письменного стола.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *