Фольклорная работа М. Пятницкого

Не лишено интереса и еще одно сопоставление. Почти в то же время, когда Барток и Кодаи странствовали по деревням, началась и фольклорная работа М. Пятницкого. В 1911 году впервые выступил его хор, открывший для широкой музыкальной общественности крестьянскую песню в ее подлинном звучании. Таким образом, устанавливается еще одна параллель в деятельности и эстетических позициях мастеров венгерского и русского музыкального искусства.Мы уже говорили о том, что крестьянская песня оказала могучее влияние на творчество Бартока и Кодаи, а вслед за ними и на других мастеров новой венгерской музыки. И в этом отношении влияние Бартока (и Кодаи) было исключительно важным — речь шла о воздействии не только их оригинального, подлинно современного стиля, но и принципов развития народно-творческих элементов и профессиональной музыки. Здесь Барток стоял на передовых позициях и показывал пример развития классической традиции народности в новых условиях XX столетия. Нет надобности подробно говорить о том, какое важное значение имело и имеет это для будущности мирового музыкального искусства.
Авторы некоторых работ, посвященных Бартоку, видели главную тенденцию его творчества в «обогащении» венгерской народной музыки средствами «современной композиторской техники». Однако в действительности он обогащался именно в постоянном общении с миром народного искусства, где находил множество творческих идей, помогавших ему и в развитии композиторской индивидуальности. Сюда, в сущности, восходят истоки бартоковского искусства, здесь основа его самобытного стиля, глубоко национального, далекого от того безличного космополитического музыкального языка, в котором некоторые видели «последнее слово» искусства. Вопреки этому для Бартока не было лучшего образца, чем крестьянская песня, которую он считал «исходным пунктом для музыкального возрождения». Барток относился к народным мелодиям — будь то венгерские, румынские или арабские — как к великим созданиям человеческого гения. Он искренне восхищался их; художественным совершенством и стремился уловить в них отображение заветных, сокровенных дум и чувств их создателей. При этом он ясно отдавал себе отчет в огромном значении народной музыки для сближения людей всех стран и всеми силами стремился расширить сферу своей фольклористской деятельности за пределы Венгрии.
Нельзя в связи с этим не вспомнить его слова, заканчивающие работу «Как и зачем собирать народную музыку»: «Я по специальности и не математик, и не экономист, но думаю, что не ошибусь, когда скажу:
если бы те средства, которые в течение одного года тратят во всем мире на \’подготовку к войне, использовали бы на исследование народного творчества, то на них можно было бы записать народную музыку всех народов земного шара» (подчеркнуто Бартоком.— И. М.).
Вот к каким мыслям привела Бартока работа над изучением фольклора. С фольклором, в сущности, была связана вся его жизнь, начиная с 1905 года. Свидетельство этому — многочисленные песенные сборники, отличающиеся высокой точностью расшифровки, точнейшей документацией, богатством комментариев, научные труды, посвященные народной музыке и, наконец, его лучшие произведения.
Новый период в развитии венгерской музыки ознаменовался непрерывным ростом интереса к крестьянской песенности, заново открытой для всего мира трудами Белы Бартока и Золтана Кодаи. Она обогатила фантазию композиторов, неизмеримо расширила круг их выразительных средств. Трудно себе представить, чем было бы творчество крупнейших венгерских композиторов нашего столетия без благотворного воздействия фольклора.
Можно говорить о различных методах и приемах претворения народных традиций у Бартока, можно по-разному оценивать значение его отдельных произведений. Но нельзя не отметить их общего качества — все они созданы композитором, отлично знавшим и горячо любившим народное творчество. В Бартоке композитор и фольклорист — неотделимы друг от друга, об этом необходимо всегда помнить при рассмотрении его творческого пути.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *