Отзыв дирижера Камиля Шевильяра

Первое исполнение сюиты состоялось 29 ноября 1905 года в Вене под управлением Фердинанда Леве Музыка Бартока начинала звучать не только в Будапеште, но и во многих городах Европы.Исполнение сюиты вознаградило Бартока за разочарования, пережитые весною на конкурсе имени Антона Рубинштейна. Творческое соревнование молодых пианистов и композиторов проводилось каждые пять лет (с 1895 года) в различных городах Европы. В 1905 году конкурс происходил в Париже. Барток потерпел фиаско: по фортепиано победителем оказался Вильгельм Бакгауз, а премия по композиции так и осталась никому не присужденной. С первым Барток примирился легко, признавая, что Бакгауз «играл действительно прекрасно». Но его жестоко уязвила композиторская неудача, тем более что он понимал всю несправедливость решения жюри.
Жюри не оценило представленные Бартоком произведения (рапсодию для фортепиано с оркестром и сонату для скрипки с фортепиано), доверившись, вероятно, авторитету своего председателя Леопольда Ауэра Его мнение было весьма категорично: «Да, это новая школа, и мы для нее слишком стары». Несколько утешил Бартока отзыв знаменитого французского дирижера Камиля Шевильяра, нашедшего сонату для скрипки с фортепиано «очень интересной». Барток играл свою сонату с учеником Ауэра — Львом Цейтлиной, впоследствии известным советским скрипачом Музыка сонаты понравилась Цейтлину, он намеревался играть ее в свои» концертах и условился с композитором о высылке ему печатного экземпляра. Эта просьба не была выполнена, ибо соната осталась неизданной при жизни композитора.
Поездка в Париж принесла Бартоку много ярких впечатлений—он упивался памятниками архитектуры, театрами, кипучей уличной жизнью и, в особенности, сокровищами парижских музеев. «Какая большая радость снова и снова стоять в музее перед картинами мастеров, так хорошо известных по репродукциям, перед Монной Лизой, Мадонной Рафаэля, а также перед известными портретами Виже-Лебрен, «Маленькими нищими» Мурильо и т. д.». Восхищаясь картинами Мурильо, Барток сравнивал впечатления от них с теми, которые получил от первого знакомства с «Тристаном», от концертов Вейнгартнера и вида венского собора св. Стефана. Он с интересом осматривал также коллекцию картин импрессионистов, находившуюся тогда в Люксембургском музее, наслаждался зеленью парков (особенно любимого им парка Моисо) и очарованием города, навсегда оставшегося для него «единственным на свете»… И среди всего этого богатства впечатлений его мысли вновь обращались к родному искусству, он приходил к мысли, что «истинно венгерская музыка еще только начинается», что ее будущее неразрывно связано с традициями родной песни. Обращаясь взором к будущему, он пишет: «Работать, учиться, работать, учиться и еще раз работать и учиться!»2 Словом, Париж воодушевил его так же, как и замечательного поэта Эндри Ади, поддержал дух после неудачи на конкурсе. Молодой музыкант возвращался домой с готовностью к новым творческим делам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *