Кошут-симфония

Надо было обладать большой смелостью и решительностью, чтобы выступить в те времена с произведением, посвященным памяти прославленного борца против иноземных тиранов, чтобы ввести в партитуру искаженную мелодию их гимна в качестве музыкального символа насилия и произвола. Понятно, что это было воспринято приверженцами Габсбургов как оскорбление. Один из трубачей филармонического оркестра пытался даже отказаться от участия в концерте. Но, вопреки всему, «Кошут-симфония» была сыграна, и публика горячо приветствовала ее.Симфония получила высокую оценку на страницах прессы. Так, в обстоятельной рецензии, появившейся на страницах газеты «Pesti Naplo», говорилось, что «Талант Бартока торжествует сегодня, и со своим первым произведением он становится среди нового поколения венгерских композиторов рядом с Эрно Донаньи». Композитор Понграц Кача, автор популярной оперы «Витязь Янош», писал: «Со времени постановки «Банк Бана» симфония «Кошут» является самым крупным культурным событием в истории венгерского музыкального искусства». Вот как высоко было отмечено первое крупное произведение молодого композитора. И, конечно, не по совершенству формы (в чем симфонию трудно сравнивать с лучшей оперой Эркеля), а по актуальности идейной концепции. Это и выделяло ее на фоне венгерского музыкального искусства начала века, находившегося в состоянии «междуцарствия» после ухода из жизни Листа и Эркеля.
В феврале 1904 года «Кошут-симфония» с успехом исполнялась в Манчестере под управлением знаменитого дирижера Ганса Рихтера. Она впервые познакомила зарубежную публику с композиторским именем Бартока (как исполнитель он выступил несколько раньше в Берлине— правда, лишь в кругу музыкантов, но среди них были Бузони, Годовский, Крейслер,— и в Вене, где сыграл сдрезденским оркестром под управлением Эрнста Шуха пятый концерт Бетховена). Вслед за тем в различных городах исполнялись соната для скрипки с фортепиано, фортепианный квинтет, скерцо для оркестра. Скерцо было, говоря современным языком, дипломной работой Бартока. И оно получило высокую оценку прессы, писавшей, что Барток «вновь показал себя в этом маленьком опусе как замечательное дарование». В скерцо отмечали богатство тематизма, ясность языка и богатство фантазии молодого композитора. Еще более значительной оказалась рапсодия для фортепиано с оркестром. Барток работал над рапсодией летом 1904 года, в деревне Весте, где гocтил у своей сестры. Биографы композитора сообщают, что здесь он впервые услышал венгерские крестьянские песни. Однако это не сказалось на фортепианной рапсодии.
Слушая рапсодию для фортепиано с оркестром, все время ощущаешь, что ее автор находился под обаянием мелодий и ритмов вербункоша. Так же как и в «Кошут-симфонии», в рапсодии сказываются влияния музыки Листа. Они проявляются и в отборе тематического материала (показательна горделивая и, вместе с тем, несколько суровая главная тема), и в пианистической фактуре (виртуозные каденции, живо напоминающие о манере великого венгерского мастера). Индивидуальность молодого композитора угадывается в стремительных эпизодах, близких по характеру танцевальным наигрышам, часто звучащим и в более поздних его произведениях. Нечто в этом роде можно найти и у Листа, в его «Румынской рапсодии», впервые опубликованной в 1916 году, то есть много позднее появления произведения Бартока. Знаменательно, что два крупнейших венгерских композитора, принадлежащих к разным поколениям, заинтересовались сходными явлениями народно-музыкального творчества.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *