Путешествие в Венгрию

«Государство могло бы содержать меня,— иногда говорил мне Шуберт,— я появился на этом свете лишь для того, чтобы сочинять музыку».
Йозеф Хюттенбреннер
В августе 1817 года Шуберту пришлось покинуть гостеприимный дом Шобера. Его комната понадобилась для других членов семьи. Он был вынужден вернуться в тесноту родительского дома, в школу, но не выказывал никакого желания вновь взяться за учительскую работу. Во время житья у Шоберов было написано много произведений: около шестидесяти песен, две увертюры в итальянском стиле (в Вене тогда все были повально увлечены Россини), семь сонат для фортепиано и несколько танцевальных композиций.
Вернувшись домой, Шуберт начал работу над Шестой симфонией C-dur и закончил ее в феврале 1818 года. Несмотря на большие технические достижения, эта симфония — одно из самых малоинтересных шубертовских творений. Как сказал М. Дж Э. Браун: «Оркестровка сделана мастерски, мелодия течет гладко и без помех, все правильно и четко. Но в этой работе нет души, все в ней на поверхностном уровне. Профессиональное мастерство здесь приложено к тривиальному, малоинтересному материалу…»
Вскоре после окончания работы над этой симфонией Шуберт приступил к написанию следующей — D-dur. По сохранившимся многочисленным наброскам и черновикам можно четко представить себе, как Шуберт работал над этим произведением: разрабатывал ритмический рисунок, намечал фрагменты мелодий, гармонические построения.

Композитор проделал большую работу, но затем по неизвестной причине забраковал симфонию и больше к ней не возвращался.
Одновременно Шуберт обзаводился все новыми друзьями, круг его общения расширялся. В шубертовском кружке царила атмосфера юмора и дружеского участия, кипело искрометное веселье. В то время Франц часто дарил друзьям нотные рукописи и снабжал их посвящениями, любящий и полушутливый тон которых позволяет нам почувствовать его тогдашний настрой: «Написано для моего собрата по кофе, вину и пуншу, Ансельма Хюттенбреннера». Другое юмористическое посвящение, написанное напыщенной латынью, заканчивается так «Servorum servo Francisco Seraphico vulgo Schubert nominato» («ваш верноподцаннейший слуга Франциск Серафик, в просторечии Шубертом именуемый»). В этот период Шуберт сблизился с Хюттенбреннерами: композитором Ансельмом (1794—1868) и его младшим братом Йозефом (1796—1882). После одной вечеринки, где Шуберт не без помощи Ансельма выпил изрядное количество красного вина, он послал Йозефу небольшую записку:
Драгоценнейший друг! Мне необычайно приятно осознавать, что Вам нравятся мои песни. В доказательство моей преданной и нежной дружбы я посылаю Вам еще одну, которую я только что — в полночь — переписал начисто в присутствии Ансельма Хюттенбреннера…
Засим я поспешил отправить Вам эту вещь, но лишь я собрался посыпать ее песком, как моя рука взяла чернильницу и преспокойно полила на нее. Какое несчастье!
(В то время написанный чернилами текст просушивали с помощью промокательного песка.)
Много лет залитая чернилами рукопись песни Форель хранилась в доме Хюттенбреннеров, с нее была снята копия, а затем рукопись странным образом исчезла. (Хюттен-бреннеры вообще отличались крайней небрежностью, но самым досадным плодом их легкомыслия была потеря шу-бертовской рукописи оперы Claudine von Villa Bella (Клау-дина фон Вилла Белла), большая часть которой пошла в огонь — слуги растапливали ею печку.)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *