Повторно-строчная форма

Наиболее простой является повторно-строчная форма, складывающаяся из сходных по мелодии и гармонии строк, а наиболее сложным — вариант, образующийся как результат становления, развертывания мелодико-гармонического материала. Композиторы, синтезируя и то и другое, создавали художественно своеобразные и стилистически неоднородные хоры.Наглядным примером первого могут служить песнопения малой формы из Обихода церковного пения синодального хора под редакцией Кастальского. Так, «Трисвятое» состоит из троекратного повтора речитирующей мелодии (с V-I- гармоническим оборотом), которая еще два раза пропевается в заключении, с полным совершенным кадансом в конечной попевке. Или «Достойно есть», в котором восьмистрочная мелодия неизменно повторяется — при сохранении строя и основных тональных функций (до мажор).
Композиторские подходы привносят свежую струю в толкование малых форм: повторная дискретность либо сглаживается континуальностью, либо преодолевается вовсе. «Свете тихий» в редакции Кастальского, широко поемой и ныне (см: Октоих 1981), воспроизводит конструктивные принципы киевского напева: шестистрочное многоголосие, расчлененное ясными монотоникальными кадансами (кроме заключительного), повторяемость гармонических оборотов на сходных попевках. Но композитор, извлекая идеи из первоисточника и слегка варьируя их, стремится достичь мелодического, гармонического и ритмического единства в этой «вечерней песне». Все пространство звучания окутывает прозрачный и светлый фонизм, медитативно развивающийся от строки к строке.
Если Кастальский не отказывается от повторности, то Чесноков в своем «Свете тихий» (ор. 27/3), сохраняя строчное деление напева, наоборот, преобразует традиционную повторность, и форма получает в результате новое музыкальное дыхание. Каждая строка — это микромузыкальное «событие» в процессе раскрытия священного текста песнопения. Тембровое озвучивание напева, вьющегося из голоса в голос — то в унисонах, то в октавных дублировках; гармонические варианты, окрашивающие каждую строку особым тембровым колоритом; плотность фактуры, вибрирующей в соответствии с ритмом формы и динамической «серией», — вся эта стилистика музыкального языка служит и дифференциации, и интеграции средств в создании художественного целого. Чесноков, как видно, перелагая обиходный напев, привносит в звучание формы элементы развития, движения, становления.
Таким образом, беря за основу традиционную мелодию, композиторы — Кастальский и Чесноков — каждый по-своему ощущает эту жанровую форму.
Малые формы могут являть собой структуры, в которых энергия заимствованных мелодий, поддерживаемая энергией гармонии, создает вторичный композиционный план. Возникающее авторское прочтение оригинала представляет немалый интерес с точки зрения стилистики формотворчества. Поясним это на примере переложений «Ныне отпущаеши» в гармонизации Кастальского, Гречанинова, Чеснокова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *