Система жанров духовной музыки

Итак, на нижнем иерархическом уровне жанровой системы находятся песнопения малой формы, входящие в ту или иную службу; а на верхнем — сами эти службы (всенощная литургия и др.), представляющие собой цельные «жанровые ансамбли».В церковной музыке имеется, таким образом, строго отлаженная многоуровневая жанровая система, которая организована во всех ее компонентах и элементах и которая закреплена каноном, уставным богослужебным пением. Ничего такого нет в светском искусстве, жанровая система которого и более мобильна, и более подвержена воздействию «стиля времени».
Композиторы Нового направления — как бы их не обвиняли в разрушениях — не поколебали этой жанровой системы; более того, они обогатили — и внутренне, и внешне — все то, что относимо к «русскому хоровому церковному пению» (термин Аллеманова), создав стилистически своеобразные жанровые формы. Своеобразию этих форм и будет посвящено наше последующее изложение.
Система жанров духовной музыки — при ее канонической предопределенности, относительной устойчивости — подвергается эволюции и трансформации. Особое место стало занимать личностное, авторское начало, которое, поглощая структурную и функциональную жанровую традицию, выявляло и расширяло заложенный в ней художественный потенциал. Изменения в области церковной музыки распространились на различные аспекты жанровой системы — «жанрообразование», жанровые признаки, дифференциацию функций и др. Но ощущение новизны коснулось прежде всего конкретного толкования богослужебного пения, привнесения в музыкальный язык своеобразного композиторского «идиолекта».
Происходило это на разных уровнях системы: каталоги музыкальных произведений демонстрируют многоразличие как отдельных песнопений, так и целостных жанровых ансамблей. Остановимся на этом подробнее, выделив некоторые характерные явления.
Псалом — песнь восходящая к ветхозаветной церкви, продолжает интересовать многих композиторов, стремящихся привнести свою интерпретацию в этот жанр. Так, «Псалмы Давида Пророка и Царя Песни» — фундаментальное сочинение в трех сериях Д. Аллеманова:

I — пять песен (псалмы 19, 22, 2, 53, 141); II — пять песен (псалмы 1, 5, 6, 46, 145); III — пять песен (псалмы 26, 42, 60, 85, 150), — отражающие различные духовные состояния в формах «музыкальной поэзии». В этом жанре преуспел Ипполитов-Иванов, придав псалмам разное функциональное назначение, а именно для пения за обедней (в качестве запричастного стиха — «Се что добро», «Се ныне», ор. 29) и для концертного исполнения — «Семь псалмов царя Давида», ор. 41. (Термин Н. Компанейского — «современное демество» — был бы здесь уместен.)
Глубокий интерес к этому жанру проявил А. Никольский, сочинивший более двух десятков псалмов и установивший, что очень важно, жанр псалма-концерта (в отличие от псалмов «не в концертной форме»). Духовные концерты на псалмовой основе писал также А. Архангельский, внесший огромный вклад в русский духовно-хоровой стиль. «Гласом моим ко Господу воззвах» (псалом 141, стихи 1, 2, 6 и псалом 12, стих 4), «Внуши, Боже, молитву мою» (псалом 54, стихи 1—6, 17), «Господи, услыши, молитву мою» (псалом 101), «На реках Вавилонских (псалом 136) — хоровые произведения, снискавшие славу и в «русском зарубежьи», и — позднее — на родине композитора (см. современное издание хоров А. А. Архангельского—М., 1999).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *