Прокофьев и балет «Стальной скок»

В конце осени друзья встретились в Москве, когда Прокофьев ненадолго приехал в Советский Союз. Выступать как пианист на этот раз он не мог, повредив руку в автокатастрофе, и только продирижировал отрывками из своей оперы «Любовь к трем апельсинам». Основной же целью его приезда были переговоры с Большим театром, где хотели ставить балет «Стальной скок».Члены АСМ очень активно с самого начала поддерживали эту инициативу театра. В журнале «Современная музыка» была напечатана статья, в которой высказывалась, в частности, уверенность, что «ближайшее будущее сделает „Стальной скок» репертуарным на всех сценах СССР». Но лидеры РАПМ, по-прежнему задававшие тон, весьма отрицательно высказывались в адрес музыки Прокофьева и недружелюбно встретили его самого. Совещание в Большом театре было бурным. А после отъезда Прокофьева в журнале «Пролетарский музыкант» появились две статьи, в которых композитор был подвергнут полному «разгрому», а его балет квалифицировался как «плоский антисоветский анекдот». Работу над спектаклем прекратили, «Стальной скок» был снят с репертуара.
Мясковский крайне огорчился. Сообщая Сергею Сергеевичу, что кроме его музыки из театра «изгнаны» еще Хиндемит и «Нос» Шостаковича, он писал: «Что будет дальше, трудно себе вообразить. Во всяком случае, хорошей музыке, тем более современной… придется пока посторониться».
Действительно, в музыкальной жизни наступило затишье. Настоящие концерты с интересной программой почти исчезли. Деятельность Персимфанса угасала. Ансамбль не хотел обновлять программы, ограничив свой репертуар 3-й и 5-й симфониями Бетховена. Концерты филармонии носили случайный характер. «Интереса в них—никакого»,—писал Мясковский. Квартет имени Страдивариуса— первый созданный после революции ансамбль — распался. По инициативе и под руководством Са-раджева консерватория проводила силами учеников серию камерных и симфонических концертов, но только в Малом зале, и программы их были очень скромны. Новинки исполнялись только по радио, в чем была заслуга Держановского.
Обострявшиеся противоречия между творческими группировками отрицательно сказывались на результатах деятельности композиторов. «Откровенно говоря, мало кто пишет настоящую музыку—все больше „на случай»»,— с грустью сообщал Мясковский Прокофьеву в Париж и тут же писал, что «продуктивность» Сергея Сергеевича его очень утешает.
Музыка Прокофьева среди всех современных сочинений радовала Николая Яковлевича сильнее всего, «как подлинное творчество и более неожиданное и новое, чем все нарочитые „новости» Стравинского». Поэтому Мясковский не мог понять, как такую музыку можно считать «вредной» для рабочих, «чуждой» им, как утверждали «идеологи» РАПМ. Их утилитарный подход к искусству и асмовская «новизна ради новизны», побуждавшая композиторов переносить в музыку даже машинные ритмы и производственные звуки, одинаково наносили вред развитию музыкальной культуры страны. Многие деятели искусства задавались вопросом: куда же идти дальше?

Садовый инвентарь: системы полива. karcher минимойка — www.dom-sad.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *