Продолжалась гражданская война

Николай Яковлевич продолжал навещать Держановских. Вместе они, как и прежде, музицировали. Когда разыгрывали какую-нибудь оперу (чаще всего это были оперы Римского-Корсакова), Держановского и сам Владимир Владимирович пели все вокальные партии, а Николай Яковлевич только играл, ибо совсем не умел петь.Екатерина Васильевна уверяла, что он не обладал даже «композиторским» голосом, но зато великолепно аккомпанировал. Вместе они перепели почти все вокальные сочинения русских композиторов от Глинки до Прокофьева, а также Шумана, Грига, Дебюсси.
Насладившись музыкой, садились пить чай с домашним печеньем из моркови, свеклы и гущи сурогатного кофе и вели беседы о литературе и музыке, о том, что нужно сделать, чтобы возродить искусство, пострадавшее за годы войны, как пробудить интерес широких масс к музыке, как восстановить к ней должное отношение. Николай Яковлевич говорил, что искусство прежде всего требует любви «сильнее смерти» и истинного «служения* себе. «Неужели никогда не настанет времени, чтобы сочинитель мог бы жить своим непосредственным трудом?» — спрашивал он.
Время было трудное. Продолжалась гражданская война. Части Красной Армии вели борьбу с вооруженными бандами, хозяйничавшими на просторах страны. То там, то здесь земля обагрялась кровью, чернели невспаханные поля. В городах не хватало самого необходимого. Люди умирали от голода и холода.
Но как ни тягостно было положение, Мясковскому даже мысль не приходила в голову, что можно уехать в другую страну, где нет сражений, очередей, голодных пайков, а есть достаток и покой. Он не одобрил и решение Прокофьева покинуть на время родину. Позднее в своих воспоминаниях Сергей Сергеевич напишет: «Напрасно один мудрый человек говорил: „Не убегайте от событий, события не простят вам этого: когда вы вернетесь, вас не будут понимать». Я не внял его словам». По мнению автора монографии о Прокофьеве И. В. Нестьева, слова эти принадлежали Мясковскому, и с этим вполне можно согласиться.
Мужественно и стойко переносил Мясковский все беды, выпавшие на его долю. Особенно тяжелы для него были трагическая гибель отца и почти одновременная смерть доктора Ревидцева, который стал ему близким другом в годы фронтовой жизни.
Но именно в этот труднейший период Мясковский проявил себя подлинным строителем отечественной культуры.
С первых же лет провозглашения Советской власти Мясковский был в рядах тех деятелей, кто старался помочь партии и правительству осуществить нелегкие, но благородные начинания в области культуры страны. На их профессиональные знания и опыт опирались органы власти, когда проводили национализацию Петроградской и Московской консерваторий, музыкальных издательств, когда перестраивали систему музыкального образования и работу концертных организаций, объявив в декрете (от 12 июля 1918 года) о начале в стране «государственного музыкального строительства».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *