Занятия теорией

Крошечная комнатка у Рязанского вокзала, которую снимал Мясковский, стала порой наполняться звуками. Николай Яковлевич играл днем и совсем тихо ночью, чтобы не беспокоить окружающих.Он просил родных переслать ему из Петербурга («…если это недорого, конечно») часть оставленных им нот. Ему была нужна не только западная и русская классика, но и сочинения молодых композиторов— Рахманинова, Скрябина. Мясковский начал приглашать к себе товарищей, интересующихся искусством и, как вспоминал бывавший там В. В. Яковлев, потчевал их чаем с булкой и… музыкой. Вечер Николай Яковлевич считал особенно удачным, если можно было с кем-нибудь поиграть в четыре руки. Часто наведывался Мясковский в магазин Юргенсо-на, жадно пересматривал там нотные новинки, и нередко, оставив часть своего скромного бюджета, уносил домой пахнущие еще свежей типографской краской тетрадки нот. Он посещал концерты, если удавалось—репетиции и оперные спектакли. Знакомство с оперой Римского-Корсакова «Кашей бессмертный», поставленной в конце 1902 года под управлением M. M. Ипполитова-Иванова в театре Солодовникова в Москве в художественном оформлении С. В. Малютина, произвело на Мясковского ошеломляющее впечатление.
Яковлев, имевший возможность наблюдать в тот вечер за реакцией Николая Яковлевича во время исполнения, позже писал в воспоминаниях: «Мне кажется, что именно в эти часы у него созрело окончательное решение посвятить свою жизнь музыкальному творчеству».
6 мая 1903 года на последний урок по гармонии Мясковский наконец принес Глиэру свои сочинения. «Он очень способный, и если обстоятельства будут благоприятствовать, то будет когда-нибудь композитором»,— написал Рейнгольд Морицевич в письме к своей невесте, поделившись впечатлениями от встреч с «застенчивым», «славным» учеником-офицером.
Тем временем хлопоты генерала Мясковского о переводе сына поближе к дому увенчались успехом. В начале 1904 года Николай Яковлевич получил назначение в 18-й саперный батальон под Петербургом. Но решение готовиться к поступлению в консерваторию хотя бы вольнослушателем было принято им твердо, и это отныне определяло весь уклад жизни молодого инженера. Он по-прежнему тщательно и добросовестно исполнял служебные обязанности, не вызывая никаких нареканий начальства, а свободное время, порой в ущерб отдыху и сну, отдавал серьезной подготовке. Летом из военного лагеря в Ижоре он сообщил Яковлеву: «…Я все же нахожу еще достаточно сил и воли, чтобы идти после обеда на 1—1V2 часа в лес специально для сольфеджирования, которое с каждым днем идет все более и более успешно, так что через месяц я рассчитываю закончить этот отдел музыкального образования… Начинаю уже чувствовать звук ля».
Занятия теорией Мясковский—по совету Гли-эра—продолжал под руководством И. И. Крыжа-новского (ученика Римского-Корсакова), таким образом уже на раннем этапе черпая опыт от двух композиторских школ: московской и петербургской. За три года Мясковский прошел с Крыжановским учение о контрапункте, фуге, форме и начало оркестровки. Стремясь на практике закрепить полученные знания, Мясковский сочинил романсы, три фантазии, «идиллию», сонату для фортепиано, но, оставшись неудовлетворенным, безжалостно уничтожил большую часть сочинений и начал писать струнный квартет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *